• Иудаизм о сотворении мира. Тайны древнеегипетского жречества

    Ответ оставил Гость

    В степных и холмистых районах жилидревнееврейские племена.
    Первоначально они были кочевниками. Во главе еврейских племён стоялистарейшины.Они хранили предания о прошлом своего народа. Эти предания вошли в Библию.Самаядревняя часть Библии – Ветхий Завет.Онасодержит мифы и предания о еврейском народе.ВетхийЗавет стал священной книгой у евреев и христиан.Ветхий Завет содержит не только рассказы о старине, но иразмышления мудрецов.Со временем евреи пришли к единобожию и стали почитать Бога – Яхве.ВетхийЗавет начинается с мифа о сотворении мира.
    Миф о первых людях Адаме и Еве.
    Жили Адам и Ева в раю не зная, что хорошо ичто плохо. Росло в раю «древо познания» и не разрешалБог рвать плоды с него.Ева съела плод и угостила им Адама. Бог узнал об этом и изгнал людей из рая.
    Библейские сказания о предках еврейскихплемён
    История целого народа излагается, какпредание об одной большой семье.Родоначальниками евреев считались Авраам,его сын Исаак и внук Иаков.У Иакова было несколько сыновей,нобольше всего он любил Иосифа.
    Завидовали братья Иосифу и продали его в рабство.
    ВЕгипте Иосиф стал рабом у вельможи. Умён и удачлив был раб, и вскореоказался при дворе фараона.Увидел однажды на рынке Иосиф братьев ипростил им старуюобиду.Все вместе поселись они в Египте.Стали притеснять египтянепотомков Иакова. Заставлял их фараон много работать и приказал всехноворождённых мальчиковотдавать палачам.Лишь один мальчик уцелел назвали егоМоисеем.Моисей умолял фараона отпустить израильтян,но владыка Египта был не умолим.Тогда израильтяне во главе с Моисеембежали.Вышли они к Красному морю. Бог раздвинулморе, и прошли израильтяне по сухому дну. Наконец пришли они к высокой горе Синай.Моисей поднялся на неё, а всем остальным приказал оставаться в низу.Евреи заключили с Яхвезавет, то есть договор. Они согласились выполнять все заповеди Бога.


    Миф о «еврейском народе» Карл Линней вошел в историю как великий классификатор. Всех людей он делил на белых законодателей и черных рабов. (Исторический факт) Со135 года по Р.Х., после трех восстаний иудеев против Рима, иудеевпоголовно выселили из Иудеи. Весь народ до последнего человека оказался вдиаспоре. В эпоху Римской империи иудеи расселились наогромной территории - от Иберии (современной Испании) и Северной Африки(современного Алжира и Туниса) до самых восточных пределов Рима.Античные евреи говорили на латыни на западе Империи и на греческом навостоке, сохраняя иврит как язык богослужения. В плане происхождения эточастично были люди смешанного, сложно устроенного «новобиблейского»народа, частично - потомки десятков народов Империи, принявшие гиюр. Враннем Средневековье сотни тысяч и миллионы евреев жили во всех странахЗападного Средиземноморья. Известно, что испанский король Рекаред в VIвеке крестил разом 90 000 евреев. Поступок дичайший, но даже если число«новообращенных» преувеличено, масштаб еврейского расселения уже виден. Внаше время стали модны историко-генетические изыскания… И вотвыяснилось, что примесь еврейской крови есть в 20 % современныхиспанцев.

    1. Зарождение еврейского народа: предания и действительность

    Единого взгляда на еврейское предание не существует. Прежде, когда ученые мало знали о далеком прошлом ближневосточных народов, они готовы были принимать это предание едва ли не целиком. Но потом были найдены и прочитаны архивы Египта, Сирии, Финикии, Малой Азии и Месопотамии. Перед историками открылся сложный и многогранный мир Древнего Востока, очень непохожий на тот, что предстает в рассказах об Аврааме, Иакове или Моисее. Тогда многие исследователи впали в другую крайность: они объявили все дошедшие до нас известия еврейских источников совершенно недостоверными и стали относиться к ним как к сказкам или мифам.

    Но подобная точка зрения едва ли может считаться правильной. Историки уже не раз убеждались в том, что народная память бывает очень цепкой. Люди хорошо запоминают яркие события прошлого и передают рассказы о них из поколения в поколение. Проходят сотни лет, прежде чем предание оказывается записанным. Разумеется, первоначальное происшествие и то воспоминание о нем, которое обретает в конце концов фиксацию в письменных знаках, совсем не одно и тоже. Переходя из уст в уста, рассказы обрастают множеством легендарных деталей. Первоначальная информация может исказиться до неузнаваемости. Тем не менее, умело сопоставляя данные различных независимых источников, историки могут отделить основополагающее ядро от слоя позднейших добавлений и извлечь из него ценные сведения, позволяющие лучше понять прошедшее.

    Существуют определенные приемы анализа древних преданий. Так давно замечено, что рассказывая о своих пращурах, люди склонны выделять в их ряду какую-то яркую личность и приписывать ей одной деяния, совершенные на самом деле многими историческими деятелями. Случается даже так, что за именем одного человека скрывается целое племя или даже небольшой народ. Особенно часто подобная ситуация наблюдается в легендах о первопредках. Родоначальник евреев Авраам (), по-видимому, не стал исключением из общего правила. В повествовании о его странствиях содержатся, хотя и смутные, но в целом верные воспоминания о начале еврейской истории.

    Считается, что предки евреев принадлежали к той ветви амореев (сутиев), которые долгое время кочевали в Южной Месопотамии, в районе города Ура (). В конце XV в. до Р.Х., сутии понесли поражение от вавилонского царя и должны были переселиться в Северную Месопотамию. Возможно, именно это событие запечатлелось в рассказе о переезде отца Авраама Фарры из Ура в Харран. Около 1400 г. до Р.Х. часть сутиев перешла через Евфрат и стала кочевать по сирийской степи, постепенно перемещаясь в сторону Ханаана. В отличие от своих соплеменников эти сутии стали именовать себя ибри (что значит «перешедшие»). В современном произношении самоназвание их звучит как иври, а на русский оно переводится словом «евреи». Иногда историки условно называют эту первоначальную группу евреев племенной общностью «Авраам».

    Согласно еврейской традиции, Авраам переселился из Харрана непосредственно в Ханаан. Однако жители южно-сирийского города Дамаска имели очень древнее предание, согласно которому Авраам длительное время жил среди них и даже являлся их правителем. Сами евреи не сохранили воспоминаний об этом эпизоде, но современные историки считают его очень вероятным. Дамасский оазис стал как бы последней остановкой племенной общности «Авраам» перед ее проникновением в Палестину. Около 1350 г. до Р.Х. из Месопотамии в Сирию вторглись племена других семитских кочевников – арамеев. Евреям пришлось оставить обжитый Дамаск и переселиться в Южный Ханаан. Здесь общность «Авраам» распалась на несколько самостоятельных групп. Некоторые из них вернулись на свою древнюю прародину Аравию, но две самые крупные остались в Палестине. Это были племенная общность «Исаак» обосновавшаяся в пустыне Негев, и другая, условно называемая «группой Лота», расселившаяся в степи к югу от Мертвого моря. Во второй половине XIV в. до Р.Х. власть египтян над Палестиной ослабла. Поэтому у евреев нет никаких воспоминаний о египетском господстве в Ханаане.

    Приблизительно в 1300 г. до Р.Х. до Р.Х. ситуация опять резко изменилась. Вторжение в Палестину сильной египетской армии во главе с фараоном Сети I () вызвало новое смещение еврейских племен. Часть «Исаака» отошла в область к югу от Мертвого моря, занятую прежде общностью «Лота», и обособилась там как племенной союз идумеев (по легендарной традиции идумеи вели свое происхождение от брата Иакова Исава, вторым именем которого было Эдом; Эдомом именовалось царство идумеев, располагавшееся у южного берега Мертвого моря). Общность «Лота» в свою очередь переселилась на восточный берег Мертвого моря и в Заиорданье. Здесь она распалась на два близкородственных союза: моавитян и аммонитян. Еврейская традиция утверждает, что амаликитяне, кочевавшие на Синайском полуострове, также происходили от Исава. Но, скорее всего, амаликитяне никак не связаны с евреями и являются самостоятельным семитским народом.

    2. Исход из Египта

    Если обстоятельства образования основных еврейских племенных союзов более или менее ясны, то судьба самого многочисленного и знаменитого из них – Израиля – во многом загадочна. Племена, вошедшие в конце концов в его состав, имели сложную и запутанную судьбу. Возможно, что некоторые из них никогда не покидали Южного Ханаана и продолжали пасти свои стада на тех же землях, где некогда кочевала общность «Исаак» (скорее всего, в их числе были четыре небольших племени, происходившие, по преданию, от двух рабынь, служанок Лии и Рахили: Дан, Неффалим, Гад и Асир).

    Восемь племен будущего союза оказались отброшены из Ханаана далеко на юг – на пустынный Синайский полуостров, а затем еще дальше – в Египет. Каким образом они попали туда – не известно. Скорее всего, это было добровольное переселение, и причиной его явился голод. Никакие археологические находки и никакие египетские источники не подтверждают ни рабство израильтян в Египте, ни их исход из этой страны. Однако, отрицать факт Египетского плена, память о котором глубоко укоренилась в сознании еврейского народа, по-видимому, нет никаких оснований. Пребывание израильтян в этой стране лучше всего отнести к долгому правлению Рамсеса II (), когда были возведены упоминаемые в связи с историей об Исходе города Пифом и Раамсес. Использование евреев на строительных работах вполне соответствует тогдашней ситуации и подтверждает достоверность традиции. Наверняка, возложенные на них повинности были по египетским меркам не так уж велики, но свободолюбивые скотоводы восприняли их как тяжкое рабство. При первой же возможности они покинули негостеприимную долину Нила и откочевали на Синайский полуостров.

    Хотя историки не отвергают предание о Египетском плене и Исходе, многие его детали кажутся им недостоверными. Легенда утверждает, что евреи прожили в Египте не менее двух веков (215 лет по одной версии и 430 по другой). В действительности пребывание израильтян в долине Нила могло быть много короче – от начала до середины XIII в. до Р.Х., то есть всего несколько десятилетий. Далее, сильное сомнение вызывает количество израильтян, участвовавших в Исходе – более 600 тысяч одних только взрослых мужчин! Если к ним прибавить женщин, детей и стариков, получится, что численность союза Израиль простиралась до полутора миллионов человек. Цифра совершенно нереальная в тогдашних условиях! Скорее всего, речь должна идти о нескольких тысячах или, по крайней мере, нескольких десятках тысяч человек. К тому же в Египте могли оказаться не все израильские племена. Некоторые детали предания позволяют предположить, что эта судьба постигла лишь три племени, а именно те, что происходили от любимой жены Иакова Рахили, то есть, - Вениамин, Ефрем и Манассию. Остальные пять племен (Рувим, Симеон, Иуда, Завулон и Иссахар, происходившие от нелюбимой жены Иакова Лии) могли кочевать все эти годы в Синайской пустыне. Воспоминание об их многолетнем пребывании здесь послужило в дальнейшем основой предания о тяжких бедствиях, преследовавших евреев по пути из Египта в Землю Обетованную.

    Возможно, что местом первоначального оформления Израиля стал скотоводческий оазис Кадес на севере Синайского полуострова. А скрепой, объединившей этот союз, кроме воспоминания об общем происхождении, стал культ Яхве. Важнейшая роль во всех этих событиях принадлежала Моисею (

    Следует помнить, что, хотя национальные государства начали образовываться еще до введения системы всеобщего обязательного образования, только с ее помощью они смогли укорениться и окрепнуть.

    Высшим приоритетом государственной педагогики с самого начала стало распространение пересаженной «национальной памяти», а сердцем ее — национальная историография.

    Взращивание однородных коллективов в новейшую эпоху требует, среди прочего, построения долгосрочной исторической фабулы, демонстрирующей непрерывную связь во времени и пространстве между сегодняшними членами этих коллективов и их древними «праотцами».

    Поскольку эта прочная культурная связь, надежно «функционирующая» в организме всякой нации, никогда ни в одном обществе не существовала, профессиональные «агенты памяти» должны изрядно потрудиться, чтобы ее изобрести.

    Научные данные, накопленные в основном благодаря стараниям археологов, историков и антропологов, претерпевают ряд впечатляющих косметических операций, произведенных авторами исторических романов, эссеистами и журналистами. В результате изборожденное глубокими морщинами лицо прошлого превращается в гордый, сияющий безупречной красотой национальный портрет.

    Несомненно, ни одно историческое исследование не обходится без мифов, но в национальной историографии они играют особенно грубую роль. Истории народов и наций строятся по тем же стандартам, что и монументы на столичных площадях: они должны быть большими, мощными, устремленными к небу и излучающими героическое сияние.

    До последней четверти XX века изучение национальной историографии напоминало пролистывание страниц спортивного раздела ежедневной газеты. Разделение мира на «мы» и «они» было самым естественным историографическим приемом. Создание коллективного «мы» являлось делом жизни «национальных» историков и археологов, лицензированных «агентов памяти», на протяжении более 100 лет.

    До того как в Европе началось национальное дробление, многие европейцы всерьез полагали, что являются потомками Древних троянцев. Однако с конца XVIII века мифология стала наукообразной.

    После появления набитых фантазиями трудов, созданных профессиональными исследователями прошлого, греческими и европейскими, граждане современной Греции стали считать себя одновременно биологическими потомками Сократа и Александра Великого и (в рамках параллельного нарратива) прямыми наследниками Византийской империи.

    Древние римляне, начиная с конца XIX века, при помощи удачных учебных пособий стали перерождаться в типичных итальянцев. Галльские племена, взбунтовавшиеся против Рима во времена Юлия Цезаря, превратились в школах Третьей республики в истинных французов (правда, обладающих совсем не латинским темпераментом).

    Другие историки утверждали, что принятие христианства франкским королем Хлодвигом (Clovis) в V веке н. э. является несомненным моментом зарождения французской нации.

    Первопроходцы румынского национализма дотянули свою нынешнюю самоидентификацию до древней римской колонии Дакия. Это величественное родство побудило их назвать свой новый язык «румынским». В XIX веке многие жители Великобритании усмотрели в Боудикке (Boudicca), предводительнице кельтского племени иценов, отчаянно сражавшейся против римских захватчиков, первую англичанку.

    И действительно, ее почитаемый образ был увековечен в величественном лондонском монументе. Немецкие авторы без устали цитировали старинное сочинение Тацита, рассказывающее о племенах херусков, возглавлявшихся Арминием (Arminius), которого они полагали праотцем своего древнего народа.

    Даже Томас Джефферсон (Jefferson, 1743-1826), третий американский президент, владевший примерно сотней чернокожих рабов, требовал, чтобы на государственной печати Соединенных Штатов были запечатлены изображения Хенгиста (Hengist) и Хорсы (Horsa), полулегендарных предводителей первых саксонцев, вторгшихся в Британию в том же столетии, когда крестился Хлодвиг. Основанием для этого оригинального предложения стал следующий тезис: «Мы считаем себя их потомками и осуществляем их политические принципы и формы правления ».

    Так обстояло дело и в XX веке. После распада Оттоманской империи граждане новоиспеченной Турции вдруг осознали, что они вообще-то белые люди, арийцы, а их далекими предками были шумеры и хетты. Некий ленивый британский офицер самовольно провел на карте Азии почти совершенно прямую линию — границу Ирака.

    Люди, ставшие неожиданно для себя иракцами, вскоре узнали от «авторитетнейших» историков, что являются одновременно потомками древних вавилонян и арабами, правнуками героических солдат Салах ад-Дина.

    Многие граждане Египта точно знают, что древняя языческая империя фараонов была их первым национальным государством, что, разумеется, не мешает им оставаться правоверными мусульманами.

    Индийцы, алжирцы, индонезийцы, вьетнамцы и иранцы по сей день верят, что их народы существуют испокон веков, и их дети с малолетства заучивают в школах тысячелетние исторические нарративы.

    В отличие от этих явных и неприкрытых мифологий в пересаженной памяти каждого израильтянина и каждой израильтянки (разумеется, еврейского происхождения) укоренен набор бесспорных и абсолютных «истин».

    Всем им точно известно, что непосредственно с момента дарования Торы на Синае существует еврейский народ и что они являются его прямыми и единственными потомками (если не считать, конечно, десяти колен, местопребывание которых до сих пор точно не установлено).

    Они убеждены, что этот народ «вышел» из Египта, захватил и колонизировал «Эрец-Исраэль», которая, как известно, была обещана ему Всевышним, основал величественное царство Давида и Соломона, а затем раскололся пополам и создал два царства — Иудею и Израиль.

    Они совершенно уверены, что этот народ был изгнан из «Страны Израиля» после завершения расцвета своей государственности, причем не один, а целых два раза: с разрушением Первого храма в VI веке До н. э., а затем в 70 году н. э., после разрушения Второго храма. Еще до того, как произошло последнее трагическое событие, этот особенный народ сумел создать еврейское царство Хасмонеев, искоренившее влияние злодеев-эллинизаторов в своей стране.

    Они полагают , что этот народ, вернее, «их народ», по общему убеждению, народ чрезвычайно древний, скитался в изгнании на протяжении почти двух тысячелетий и, несмотря на столь длительное пребывание в окружении неевреев, блестящим образом уберегся от смешения и ассимиляции. Этот народ рассеялся по всему миру.

    В своих многотрудных странствиях он добрался до Йемена, Марокко, Испании, Германии, Польши и далекой России. Тем не менее ему всегда удавалось сохранять прочные узы крови, связывавшие далекие друг от друга общины, так что самобытность народа нисколько не пострадала.

    Лишь в конце XIX века сложились условия, породившие уникальный исторический шанс: древний народ пробудился от долголетней спячки и подготовил почву для своей второй молодости, то есть для возвращения на древнюю «родину».

    И действительно, началось массовое возвращение, сопровождаемое всеобщим воодушевлением. Многие израильтяне все еще верят, что если бы не резня, устроенная страшным мясником Гитлером, «Страна Израиля» в течение короткого периода была бы заселена миллионами евреев, приехавшими туда с радостью и энтузиазмом. Ведь они мечтали об этой земле тысячелетиями!

    Точно так же как народ-скиталец нуждался в собственной территории, пустынная и невозделанная страна жаждала возвращения народа, без которого не могла расцвести. Правда, в этой стране успели поселиться незваные гости, однако поскольку «народ хранил ей верность во всех странах рассеяния» на протяжении двух тысячелетий, эта страна принадлежит только ему, а не малочисленным «пришельцам», лишенным исторических корней и попавшим сюда по чистой случайности.

    Поэтому все войны, которые велись народом-скитальцем с целью завоевания страны, были справедливыми, а сопротивление местного населения — преступным. И лишь благодаря еврейскому (отнюдь не ветхозаветному) милосердию чужакам было разрешено и дальше жить бок о бок с народом, вернувшимся в свое восхитительное отечество и к своему библейскому языку.

    Тем не менее и в Израиле эти завалы памяти возникли не сами собой. Они накапливались слой за слоем, начиная со второй половины XIX века , благодаря деятельности талантливых исторических «реставраторов», манипулировавших в основном осколками иудейской и христианской религиозной памяти и вылепивших из них при помощи богатого воображения непрерывную родословную «еврейского народа».

    Технология культивации коллективной «памяти» до этого времени просто не существовала; как это ни странно, с тех самых пор она практически не изменилась. Академизация изучения еврейской истории, начавшаяся с основания Еврейского (Иерусалимского) университета в подмандатной Палестине, ставшей затем Израилем, и увенчанная созданием многочисленных кафедр еврейских исследований по всему западному миру, ничего не изменила. Концепция еврейского исторического времени осталась прежней — целостной и этнонациональной.

    Разумеется, в обширной историографии, посвященной еврейству и евреям, существуют различные подходы. Фабрику , занятую производством «национального» исторического наследия, постоянно сотрясают споры и разногласия.

    Однако до сих пор практически никто не пытался оспорить основные идеи, сформировавшиеся и укоренившиеся в конце XIX — начале XX века. Важнейшие процессы, радикально изменившие западную историческую науку в конце прошлого столетия, а также существенные перемены в сфере изучения наций и национализма не затронули отделения «истории еврейского народа» в израильских университетах.

    К величайшему удивлению, они почти не повлияли и на научную продукцию, поставляемую «еврейскими» кафедрами американских и европейских университетов.

    Если время от времени и обнаруживались данные, не вписывающиеся в модель еврейской истории как непрерывного линейного процесса, они практически не удостаивались упоминания .

    Однако когда они все же изредка всплывали на поверхность, их быстро «забывали» и прятали в бездне забвения.

    Национальные потребности были мощными цензорами, предотвращавшими малейшие уклонения от господствующих нарративов. «Закрытые системы», занимающиеся исключительно накоплением сведений о еврейском, сионистском и израильском прошлом (то есть кафедры «Истории еврейского народа», полностью отгородившиеся от отделений общей истории и истории Ближнего Востока ), также во многом способствовали этому удивительному параличу, равно как и упорному нежеланию воспринять новые историографические идеи, истолковывающие происхождение и идентичность евреев.

    То обстоятельство, что практический вопрос: кого именно следует считать евреем, время от времени будоражил израильское общество, в основном из-за связанных с ним юридических затруднений, также нисколько не заботило израильских историков. У них был готовый ответ: все потомки народа, изгнанного два тысячелетия назад, — евреи!

    Бурная полемика, развернутая так называемыми новыми историками в конце 8о-х годов прошлого века, казалось, на некоторое время подорвала фундамент израильской коллективной памяти.

    Однако «лицензированные» исследователи прошлого практически не принимали в ней участия. Большинство тех немногих, кто был вовлечен в публичные дебаты, пришли из иных научных дисциплин или же вовсе не из академических кругов.

    Социологи, политологи, востоковеды, филологи, географы, литературоведы, археологи и даже независимые эссеисты изложили свои новые соображения относительно еврейского, сионистского и израильского прошлого. К ним присоединились молодые ученые, обладатели докторских степеней по истории, недавно прибывшие из-за границы и еще не осевшие в израильских академических учреждениях.

    Из стана специалистов по «истории еврейского народа», которые должны были бы находиться в авангарде исследовательского прорыва, раздавались лишь опасливые консервативные выпады , сдобренные апологетической риторикой, опирающейся на традиционный консенсус.

    «Альтернативная историография» 90-х годов занималась в основном перипетиями и результатами войны 1948 года. Моральные результаты этой войны привлекли к себе основное внимание.

    Действительно, значение этой полемики для понимания морфологии израильской коллективной памяти не вызывает сомнения. «Синдром 48 года», по-прежнему тревожащий израильскую коллективную совесть, крайне важен для будущей политики государства Израиль. Можно даже сказать, что он является неотъемлемым условием его существования. Любой значимый компромисс с палестинцами, если он когда-нибудь будет достигнут, должен брать в расчет не только еврейское прошлое, но и недавнюю «чужую» историю.

    Увы, эта важная полемика не привела к значимым исследовательским достижениям. Да и в общественном сознании она заняла лишь незначительное место. Представители старшего поколения категорически отвергли новые данные и вытекающие из них выводы. Они не сумели примирить свои профессиональные обязанности с бескомпромиссной моралью, определившей их исторический путь.

    Молодое поколение интеллектуалов, вероятно, было готово признаться в «грехах», совершенных в период создания государства, однако и его (не столь одеревеневшая) мораль без труда проглатывала «некоторые перегибы».

    В самом деле, разве можно сравнивать палестинскую драму с Холокостом? Как можно сопоставлять страдания палестинских беженцев, непродолжительное и ограниченное по своим масштабам, с судьбой народа, скитавшегося в мучительном изгнании на протяжении двух тысячелетий ?

    Социоисторические исследования, посвященные не столько политическим событиям, иными словами, «грехам», сколько длительным процессам развития сионистского движения, удостоились гораздо меньшего внимания и, хотя и были написаны израильтянами, никогда не публиковались на иврите .

    Немногочисленные работы, ставившие под сомнение парадигмы, лежащие в фундаменте национальной истории, не привлекли ни малейшего внимания.

    Среди них следует отметить смелое сочинение Боаза Эврона «Национальный счет», а также интригующее эссе Ури Рама под названием «История: между сущностью и вымыслом ». Обе эти работы бросили радикальный вызов профессиональной историографии, занимающейся еврейским прошлым, однако «лицензированные» производители прошлого практически не обратили на них внимания.

    Написание данной книги стало возможным благодаря научному прорыву, совершенному в 8о-х — начале 90-х годов прошлого столетия. Автор вряд ли отважился бы подвергнуть радикальному пересмотру самые корни своей самоидентификации и, тем более, не сумел бы перебраться через завалы памяти, с детства загромождавшие его представления о прошлом, если бы не дерзкие шаги, предпринятые Эвроном, Рамом и другими израильтянами, и, самое главное, если бы не огромный вклад «иностранных» исследователей национального вопроса, таких как Эрнст Геллнер (Gellner) и Бенедикт Андерсон (Anderson).

    В лесу национальной истории кроны многих деревьев так тесно смыкаются, что за ними невозможно рассмотреть сколько-нибудь широкую перспективу, а следовательно, и оспорить господствующий «метанарратив». Профессиональная специализация заставляет исследователей фокусироваться на специфических фрагментах прошлого, пресекая тем самым любую попытку рассмотреть весь лес целиком.

    Разумеется, разрастающийся набор фрагментарных нарративов не может в конце концов не поколебать «метанарратив». Однако для этого историческая наука должна существовать в рамках плюралистической культуры, не находящейся под прессом вооруженного национального конфликта и не испытывающей постоянного беспокойства по поводу своей идентичности и своих корней.

    Это утверждение может (отнюдь не безосновательно) показаться пессимистичным в свете ситуации, в которой пребывал Израиль в 2008 году. За шестьдесят лет существования Израиля его национальная история не слишком повзрослела, и трудно предположить, что она начнет взрослеть именно сейчас.

    Поэтому автор не тешит себя иллюзиями относительно того, как будет воспринята эта книга. Он лишь надеется, что найдутся хотя бы немногочисленные люди, готовые (уже сегодня) рискнуть, то есть подвергнуть радикальному пересмотру свое национальное прошлое. Такой пересмотр может помочь хотя бы слегка расшатать неделимую идентичность, под прессом которой рассуждают и принимают решения почти все израильтяне-евреи.

    Книга, которую вы держите в руках, написана «профессиональным» историком. Тем не менее автор взял на себя риск, который обычно считается недопустимым в рамках его профессии. Четкие правила игры, принятые в научных сферах, обязывают исследователя оставаться в уготованной ему колее , то есть в области, в которой он является «настоящим» специалистом.

    Но даже беглый взгляд на перечень глав этой книги ясно указывает, что спектр исследуемых в ней тем далеко выходит за рамки какой-либо одной «научной» специализации. Библеисты, исследователи Древнего мира, археологи, медиевисты и, в особенности, «специалисты» по истории еврейского народа возмутятся поведением амбициозного автора, незаконно вторгшегося в чужие исследовательские пространства.

    Их претензии имеют определенные основания, и автор сознает это в полной мере. Было бы гораздо лучше, если бы данную книгу написала группа исследователей, а не одинокий историк. К сожалению, этого не произошло, ибо «преступник» не нашел себе «соучастников». Поэтому вполне возможно, что в данной работе найдутся те или иные неточности. Автор заранее приносит извинения за все допущенные им оплошности и призывает критиков содействовать их исправлению.

    Поскольку автор ни в коем случае не уподобляет себя Прометею, похитившему для израильтян огонь исторической истины , он одновременно не опасается, что всемогущий Зевс, в данном случае корпорация еврейских историографов, пошлет орла, чтобы тот выклевал теоретизирующий орган — печень? — из его прикованного к скале тела.

    Он лишь просит обратить внимание на известный факт: пребывание вне пределов специфической сферы исследования и балансирование на разделяющих такие сферы границах иногда способствуют появлению нестандартного взгляда на вещи и позволяют обнаружить неожиданные связи между ними. Зачастую именно размышление «извне», а не «изнутри» может обогатить историческую мысль, невзирая на все слабости, связанные с недостатком специализации и необычно высокой степенью спекулятивности.

    «Специалисты» по еврейской истории не имеют обыкновения задаваться фундаментальными вопросами, удивительными на первый взгляд, но вместе с тем элементарными . Время от времени стоит проделывать эту работу ради них и вместо них.

    Например: действительно ли еврейский народ существовал на протяжении тысячелетий, в то время как все остальные «народы» растворялись и исчезали?

    Каким образом и отчего Библия, несомненно впечатляющий сборник теологических произведений, время написания и редактирования которых никому толком не известно , превратилась в надежный исторический трактат, описывающий рождение нации?

    В какой степени иудейское царство Хасмонеев, разноплеменные подданные которого даже не говорили на общем языке и в большинстве своем не умели читать и писать, может считаться национальным государством?

    Действительно ли жители Иудеи были изгнаны после разрушения Второго храма, или же это всего лишь христианский миф , отнюдь не случайно воспринятый еврейской традицией?

    И если изгнания не было, то что произошло с местным населением?

    И кем были миллионы евреев, появлявшиеся на исторической арене в самых неожиданных уголках мира ?

    Если евреи, разбросанные по всему миру, действительно образуют один народ, на какие общие признаки указывают культурно-этнографические характеристики евреев Киева и Марракеша — помимо общих религиозных верований и кое-каких культовых практик?

    Может быть, вопреки всему, что нам рассказывали, иудейство — это «всего лишь» захватывающая религия, распространившаяся по миру, прежде чем в нем восторжествовали ее конкуренты — христианство и ислам, и, несмотря на преследования и унижения, сумевшая продержаться вплоть до нашего времени?

    Разве концепция, определяющая иудейство как существующую с древности до наших дней важнейшую религиозную культуру, которая никогда не была единой народной культурой , умаляет его значимость, как постоянно утверждают апологеты еврейской национальной идеи на протяжении последних ста тридцати лет?

    Если у различных еврейских религиозных общин не было общего светского культурного знаменателя, можно ли говорить о том, что их сплачивали и выделяли «кровные узы»?

    Неужели евреи действительно являются особым «народом-расой», как утверждали антисемиты, стремившиеся убедить всех нас именно в этом, начиная с XIX века?

    Неужели Гитлер, потерпевший военное поражение в 1945 году, в конце концов одержал интеллектуальную и психологическую победу в «еврейском» государстве?

    Как можно нанести поражение его учению, утверждавшему, что евреи обладают особыми биологическими свойствами (в прошлом это была «еврейская кровь», сегодня — «еврейский ген»), если столь многие израильтяне искренне убеждены в его правильности?

    Еще одна ироническая гримаса истории: Европа знала времена, когда всякий, кто утверждал, что все евреи относятся к одному и тому же народу иностранного происхождения, немедленно квалифицировался как антисемит.

    Сегодня же тот, кто высказывает предположение, что люди, составляющие так называемую еврейскую диаспору (в отличие от современных израильтян-евреев), никогда не были и ныне не являются ни народом, ни нацией, моментально оказывается заклейменным как ненавистник Израиля.

    Адаптация сионизмом весьма специфической национальной концепции привела к тому, что государство Израиль с самого момента своего основания, вот уже шестьдесят лет, не склонно считать себя республикой, существующей ради своих граждан.

    Как известно, около четверти из них не считаются в Израиле евреями, так что, в соответствии с духом израильских законов, государство и не должно аффилироваться с ними или им принадлежать. Оно с самого начала отняло у этих людей возможность присоединиться к новой метакультуре, созданной на его территории .

    Более того, оно целеустремленно выталкивало их наружу. В то же время Израиль отказывался и до сих пор отказывается переродиться в федеративную демократию наподобие Швейцарии или Бельгии или в мультикультурную демократию вроде Британии или Голландии, то есть в государство, одобряющее и принимающее сложившееся в нем культурное многообразие и считающее себя обязанным в равной степени служить всем своим гражданам.

    Вместо этого Израиль упорно считает себя еврейским государством, принадлежащим всем без исключения евреям мира, несмотря на то что они больше не гонимые беженцы, а полноправные граждане тех стран, в которых живут по собственному выбору.

    Обоснование столь грубого нарушения основополагающих принципов современной демократии и сохранения безудержной этнократии, жестоко дискриминирующей часть своих граждан , по сей день основано на активно эксплуатируемом мифе о существовании вечного народа, которому суждено в будущем вернуться на «историческую родину» .

    Непросто рассматривать еврейскую историю под иным углом, но по-прежнему через толстую призму сионизма: преломляемый ею свет постоянно окрашивается в яркие этноцентрические тона.

    Читателям нужно принять во внимание следующее: данное исследование, выдвигающее тезис о том, что евреи во все времена принадлежали к важным религиозным общинам, появлявшимся и обосновывавшимся в разных регионах мира, а не к «этносу» , имеющему единое происхождение и постоянно скитавшемуся в изгнании, не занимается напрямую реконструкцией исторических событий.

    Его главная задача — критика устоявшегося историографического дискурса. По ходу дела автору поневоле пришлось коснуться кое-каких альтернативных исторических нарративов.

    Когда он приступил к написанию данной книги, в голове его звучал вопрос, заданный французским историком Марселем Детьеном: «Каким образом можно осуществить денационализацию (dénationaliser) национальной истории? » Каким образом можно прекратить шагать по одним и тем же дорогам, мощенным из материалов, некогда выплавленных из национальных устремлений?

    Изобретение понятия нации было важным этапом развития историографии, впрочем, как и самого процесса модернизации. Начиная с XIX века многие историки внесли в него деятельный вклад.

    К концу прошлого столетия национальные «сновидения» начали блекнуть и увядать. Исследователи стали все чаще и чаще анатомировать и буквально разбирать на части величественные национальные предания, в особенности мифы об общем происхождении, откровенно мешавшие историческим изысканиям .

    Излишне добавлять, что секуляризация истории разворачивалась под молотом культурной глобализации, принимающей самые неожиданные формы в различных уголках западного мира.

    Вчерашние идентификационные кошмары не тождественны завтрашним помыслам об идентичности. Как в каждом человеке уживаются множество текучих и многообразных идентичностей, так и человеческая история, среди прочего, — идентичность в движении. Предлагаемая читателю книга предпринимает попытку осветить этот индивидуально-социальный аспект, скрытый в лабиринте времени.

    Представленный здесь длительный экскурс в историю евреев отличается от общепринятых нарративов, но это не означает, что в нем отсутствует субъективный элемент или что автор полагает себя свободным от идеологической предвзятости.

    Он намеренно пытается прорисовать некоторые контуры будущей альтернативной историографии, которая, быть может, приблизит появление пересаженной памяти иного рода: памяти, сознающей относительный характер заключенной в ней истины и пытающейся свести заново и воедино складывающиеся местные идентичности и универсальную, критически осмысленную картину прошлого.

    ***

    Это отрывок из книги еврейского историка Ш. Занда „Кто и как изобрёл еврейский народ” .

    Оценим христианский миф о происхождении человека. Итак, после изгнания из рая Адам и Ева сошлись в любовном соитии. Раньше такое им было неведомо, так как бог первоначально скрыл от людей их природу . Конечно, если верить библии (а этого делать не следует). Ева родила двух сыновей: Каина и Авеля. Библия рассказывает нам о том, что в то время на Земле было 4 человека.

    Итак, в наличии 4 человека на Земле:



    1. Авель

    2. Ева (их мама)

    3. Адам (их папа)

    Каин был землевладельцем, а Авель был пастырем овец. Плюс их мамеле и папеле. Спустя некоторое время Каин принес богу дары от плодов земли, которые возделывал. Авель принес богу первородное от скота. Христианский бог принял жертву Авеля, а жертву Каина отверг.

    Стоп! Вот что странно. Ведь чуть раньше библейский бог заповедовал людям есть лишь растения , приносящие семя (Бытие, 1:29) . Никаких новых законов бог не изобретал. И старых не отменял. Как же тогда Авель смог сталь скотоводом? Ведь животных есть было нельзя. Что же, Авель нарушил закон бога? Или сам бог напрочь забыл все свои законы? И ведь с удовольствием принял жертву Авеля. Плоды, выращенные в земле, не принял, а животное принял. Значит, христианский бог сам себе противоречит. Значит, сегодня он не помнит того, что было вчера. Значит, ему надо лечиться от хитрости, наглости или от божественного склероза.

    Библейский бог поступил очень низко и нечестно. Оба брата одинаково трудились в поте лица. Выращивать растения ничуть не легче, чем разводить скот. Они принесли своему богу дары как знак уважения и любви к нему. И что бог? Один подарок взял, а другой отверг. Честно ли это? Допустим, какому-то человеку два его друга дарят разные подарки. Подарок одного друга ему понравился, а подарок другого не понравился. Как быть? Порядочный человек возьмет оба подарка и поблагодарит обоих. Не будет же он один подарок брать, а другой отвергать. А то, что делает христианский бог - это настоящее издевательство . Кроме того, это все-таки бог - существо, по всем параметрам намного превосходящее человека. Но, какой народ - такой и его бог . Иегове куда приятнее вдыхать своими козлиными ноздрями паленую тушу жертвенного животного, чем наслаждаться растительными дарами, выращенными не с меньшими затратами сил. Одним словом, христианский бог - упырь .

    Иоанн Златоуст (354-407 гг) уверяет, что намерение Авеля было "боголюбивое". Что он принес от "первородных", то есть "дорогих, отборных", и "от тука", то есть "самое приятное, наилучшее". Каин же принес, "что попалось". Потому "господь был доволен Авелем". Эта "библейская история" в пересказах для религиозного воспитания была разукрашена выдумками о том, что "дым от жертвы Авеля поднимался кверху, а дым от жертвы Каина стлался по земле", что Авель "приносил от чистого сердца, а Каин с неохотой". Библейский текст совершенно не говорит ни о чем подобном. Тут всё притянуто за уши и всякими златоустами да августинами сочиняется от балды.

    Каин опечалился, опешил от такой несправедливости со стороны бога и не нашел ничего лучшего, как убить своего брата (Бытие, 4:8) . Бог за Авеля даже не заступился.

    Понятно, что Каин будет жестоко наказан. Бог проклинает его и объявляет: "Когда ты будешь возделывать землю, она не станет более давать силы своей для тебя; ты будешь изгнанником и скитальцем на земле" (Бытие, 4:12) .

    Каин обречён на бродяжничество, на то, чтобы вечно и безостановочно скитаться и маяться. Но если в своих скитаниях он не будет знать ни отдыха, ни покоя, то как же он будет в то же время земледельцем? Ведь это занятие требует оседлости. Как сможет он обрабатывать землю, хотя бы даже и безплодно? Давайте что-нибудь одно, хорошо? Так уже не смешно, совсем не смешно.

    Однако библейский Каин принял всё это всерьёз и надолго. Сильно испугался. И даже со страху забыл, что человечество на тот момент состоит всего из трёх человек - его родителей и его самого . Ему уже мерещится, что во время своих скитаний он может быть убит из-за угла какими-то злоумышленниками.

    "И сказал Каин господу: наказание моё больше, нежели снести можно; вот, ты теперь сгоняешь меня с лица земли, и от лица твоего я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле; и всякий, кто встретится со мною, убьёт меня" (Бытие, 4:13-14) .

    И сразу смягчился гнев Иеговы. Потеряв чувство действительности, бог принимает Каина под свою защиту против несуществующих убийц! Если освободиться от веры во всякие глупости, то "священная" история начинает отливать новыми красками. Дорогой Каин, кто тебя убьёт в твоих скитаниях, когда на Земле кроме тебя существует всего 2 человека - твои мама Ева и папа Адам?

    Выгнал бог Каина. А куда это он его выгнал? "И пошел Каин от лица господня; и поселился в земле Нод, на восток от Едема. И познал Каин жену свою: и она зачала, и родила Еноха. И построил он город; и назвал город по имени сына своего: Енох" (Бытие, 4:16-17) . Город, жена Каина - это что еще за ерунда такая? Откуда Каин взял себе жену? Ведь кроме его самого и Адама с Евой людей на Земле больше не было. На Земле три человека. Так от кого это рожал Каин? Сам от себя что ли? Его сыновья все были в папу. У Еноха родился Ирад; Ирад родил Мехиаеля; Мехиаель родил Мафусала и тому подобное (Бытие, 4:18) . От кого они все рожают? Сами от себя? Слышали, евреи сами от себя рожают. Видно, что стараются: вот, наверное, и получается. Да, они такие. Евреи, словом. Или они все от несуществующих женщин размножатся? Почкованием? Воздушным путем? Делением пополам? Силой мысли? Это раз.

    А вот и два. Написано, что Каин построил город. А как это Каин смог построить город? Самостоятельно? Или кто ему помогал? Какие-то несуществующие люди? Или медведи ему помогали строить город? А может быть это были не медведи, а маленькие светящиеся гомункулы? Пришельцы с другой планеты? Или Колобок помог? Короче, полный абсурд.

    А если предположить, что на востоке действительно были какие-то люди? Кто они? О них умалчивается, но как бы случайно библейский баснописец о них проговаривается. Они-то не христианским богом созданы. В библии этого нет. Но откуда они? Значит, другими богами созданы? Конечно, есть из чего повыбирать: либо существовали другие люди кроме Адама, Евы, Каина и Авеля, и то, что написано в библии - полная дурилка. Не нравится, так представим, что все правильно написано. На Земле действительно существовало три человека. Ну и откуда тогда Каин взял себе жену? Мама-Ева от него что ли родила? А где это написано? Покажите. Нет и этого. Опять пыль в глаза. А верующим всё - божья роса.

    Не читают верующие люди библию. То есть, не читают ВООБЩЕ. Не желают и не хотят. Предпочитают верить. А ведь достаточно прочесть всего-то одну главу и миф об христианском происхождении человека стирается в пыль. Мы с Вами никак не завершим 4 -ую главу Бытия . По меркам толстой-претолстой библии, это ещё даже и не начало, а сколько глупостей и подлостей уже вскрыли.

    Итак, мы видим, что библейская история о происхождении человека - это история еврейского народца . Ничего якобы общечеловеческого в ней нет. Пусть Каин рожает непонятно от кого. Евреи хитрые. Они всегда найдут способ рожать (даже в одиночестве). Ну а откуда произошли другие народы? Откуда произошли русские, китайцы, японцы, турки, казахи, индийцы и сотни остальных народов? Где это в библии? Ткните пальцем. Этого нет. Ну и зачем русским людям эта еврейская галиматья? А другим народам эта история зачем? Где Вы видели в библии слова "Русь", "Россия", "русский", "ариец"? ГДЕ? Этого нет. Зато библия кишит словами "Израиль", "еврей, еврей, еврей", "Иегова, Иегова, Иегова". Библия описывает происхождение евреев, вот пусть они её и читают . Но нет. Христианство со всеми новыми и ветхими заветами навязано нам, русским, в качестве интернациональной и якобы общечеловеческой религии. И отнюдь не мирно навязано, а жестокой силой.

    Пришла пора эти еврейские побасенки из себя изгонять на веки веков .

    А почему вместо изучения национальной истории нам навязывают изучение еврейской истории? Чтобы мы, люди русские, забыли свою историю, своих дохристианских праотцев, своих Старших Родичей. Чтобы мы читали всякую еврейскую чушь про Каина и Авеля вместо того, чтобы знать свою историю и своё мировоззрение, свои родные просторы и своих богов. Чтобы мы пропитывались всякой иудохристианской мертвичиной.

    Вообще, миф о библейском происхождении всех народов - это тяжеая шизофрения, навязанная людям . А каким глобализмом балуются христианские попы. Их религия, дескать, изучает не какие-то мелочи, а крупные вопросы типа "Кто мы? Откуда мы? Куда мы идем?". Так, ну и кто мы? И откуда же мы произошли? И куда же мы идем? И идем ли куда-нибудь вообще? Никакой логичной картины происхождения человека нет. Вместо этого подается библейский бред. Даже в примитивных религиях такого нет.

    Особо хотелось бы отметить летопись Нестора (Лаврентьевская летопись). Что же пишет этот жидолюбивый летописец? После потопа (а его мы посмотрим ниже) еврейская семейка папы-Ноя и сынов Сима, Хама и Иафета поделили землю. Симу выделяется весь Восток, как Ближний так и Средний, включая не только всю Палестину, но и Сирию, Ливан, Месопотамию, Аравию, Индию. Не многовато ли? Читая всю эту белиберду, христианин программируется на предмет "исторических прав" евреев на огромные территории. Даже на те, которые и в самые лучшие времена для Израиля ему никогда не принадлежали.

    Потом Нестор описывает долю, доставшуюся сыновьям Хама. К ним почему-то относят арабов и негров. Как же это от папы-еврея получился сын-негр? Как? По какой физиологии? В долю Хама отошла вся Северная Африка, включая Египет и Эфиопию, острова Сардиния, Крит, Кипр и Малая Азия (современная Турция).

    Затем идет Иафет. Нестор (и все его выкормыши, вплоть до нынешних попов) привязывают нас к этому еврею, от которого мы якобы (как и все остальные белые люди) ведём своё происхождение. Правда "богоизбранные" авторы библии ничего не знали о других областях и народах, несмотря на ОСОБЫЕ отношения со "всезнающем" Иеговой. И Нестор вынужден расширять географические рамки расселения белой расы. Существование Западной и Восточной Руси Нестор скрыть так и не смог. После перечисления доли Иафета на Кавказе и южной части Европы он пишет:

    "…в Иафетов еже части сидят русь, чудь и вся языци - меря, мурома, хесь, мордва, заволочская чюдь, пермь, печора, ем, чгра, литва, зимгола, корсь, онтогола, любь. Ляхова же и пруси и чюдь приседит к морю Варежскоу; по сему морю приседит варязи семо к востоку до предела Симова, по тому же морю седит к западу от земли Агланьски и до Воложьских. Иафетово бо и то колено: варязи, свен, урмане, готе, русь, агняне, галичане, волъва, римляне, немци, корлязи, вемьдици, фрягове и прочие, даже приседят от запада к полудню и съедятся с племенем Хамовым" (то есть стыкуются).

    Ну и накуролесил летописец. Вот так выводится история других народов из еврейской библии. Все высосано из пальца. И еще Нестор и его духовные наследники забывают для полноты составить библейскую родословную краснокожих индейцев . Христианство - все-таки "общечеловечно". Разве не так?

    В общем, имеем следующую картину изуродованного христианством мировоззрения живого человека:

    Папа - Ной. Национальность - еврей (мама тоже еврейка), следовательно, и дети - евреи.

    Сын 1 - Сим. Его потомки - азиаты.

    Сын 2 - Хам. Его потомки - арабы и негры.

    Сын 3 - Иафет. Его потомки - белые.

    Так как же все-таки три сына Ноя, рожденные от одного еврейского отца и одной еврейской матери, могли стать родоначальниками трех различных рас? Надо, однако, преклониться перед еврейским местечковым богом и его "святым писанием" и считать, что от Сима происходят желтолицые азиаты, от Иафета - белокожие европейцы, а от Хама и Ханаана - чернокожие африканцы.

    Возвращаемся назад. Что мы видим в итоге? Зачем же бог создал человека таким несовершенным? И заповеди его не выполняет, и постоянно делает что-то не так . Ева легко соблазняется съесть плод. Адам соблазняется ещё быстрее. Каин убивает Авеля. Ну а кто в этом виноват? Люди? Сам еврейский бог в этом виноват. Это он не учел всех последствий, создал человека таким несовершенным. Бог - это творец мира. Он должен отвечать за всё, что в нем происходит. Однако не хочет отвечать. Валит все на змея. Не вносит улучшений, не исправляет свои ошибки.

    Какая библейская рафинированность! Не правда ли, очень красивая и захватывающая картина мира?

    Какой мир реален - мир причин или мир следствий?

    Первая фраза Торы: "В начале сотворил Б-г небо и землю". Что означает в этом контексте слово «…сотворил…». Его значение здесь не совсем понятно. Глагол «сотворил» в русском языке образован от основы глагола «творить». Он используется, как правило, для характеристики деятельности людей искусства. На языке Торы глагол «сотворил» явно имеет другой смысл.

    В рассказе о семи днях сотворения мира приводятся три глагола, отображающие разный уровень произведенного действия: "сотворил" (бара), "создал" (яцар) и "сделал" (аса). Слово "сделал" (аса) означает простое действие без изменения формы. Подобное действие в русском языке обозначается глаголами "перенёс", "поставил", «взял» и другими. Слово "создал" (яцар) означает более сложное действие: придание существующей материи некоторой формы. Например, скульптор берёт кусок бесформенной глины и создаёт скульптуру. Глина осталась та же, но возникла не существующая до сих пор форма. Ивритское слово "форма" - "цура" образовано от того же корня что и глагол "яцар", который характеризует любую созидательную деятельность человека. Слово "сотворил" (бара) означает действие, при котором создается сама материя, которой до этого не существует, а после ей придается определенная форма. Такое действие не по силам человеку. Это уровень Творца.

    Такое действие на языке еврейских мудрецов называется "еш миайн" - "что-то из ничего". Из ничего Вс-вышний создаёт материальную действительность. В рамках человеческой логики невозможно представить, как из ничего получается что-то.

    В обычном понимании слово "айн" означает "ничто". Ивритское выражение: "Миайн бата?" означает "Откуда ты пришёл?". Если "ми" - это "из", а "айн" - это ничто, то вместо "Откуда ты пришёл?" получается несуразный вопрос: "Из ничего ты пришёл?". Видимо, слово "айн" имеет ещё один более глубокий смысл. И это имели в виду еврейские мудрецы в выражении "еш миайн".

    Известно, что святой язык Торы не похож на обычные языки. Другие языки символические, то есть в них нет связи между самим словом и понятием, которое оно обозначает. Условно принято, что этому слову соответствует такое-то понятие. Святой язык Торы не символический язык, а существенный. Он отражает суть вещей. А поскольку суть действительности не меняется, то и язык остаётся неизменным. Но, по утверждению Торы, в мире есть несколько "пластов" духовной действительности, кроме той материальности, которая окружает человека. В каждом из них существуют понятия материального мира, но на разных уровнях. Каждый из этих "пластов" называется "мир", поскольку таковым он является сам по себе. Поэтому, несмотря на то, что каждое слово Торы очень точно описывает определённую действительность, оно может иметь несколько смыслов, поскольку понятие, им обозначаемое, существует одновременно в разных духовных мирах. Каждое из них имеет смысл, соответствующий данному миру. Кроме того, все смыслы слова, характерные для разных миров, объединены общим значением.

    Например, ивритское слово "баит" в самом простом контексте означает "дом". Еще одно его значение - семейная атмосфера в доме. Слово «баит» в словосочетании "Бейт Исраэль" - "Дом Израиля" отражает идею общности еврейского народа, и, наконец, «Бейт Амикдаш» называется святой Храм в Иерусалиме, который является как бы домом Вс-вышнего в этом мире - центром и источником духовности. На первый взгляд смыслы «баит» разные, но все явно имеют общую идею гармонии и единства на разных духовных уровнях.

    Также и слово «айн» в духовных мирах, непостижимых для разума человека, имеет более глубокий смысл, хотя в контексте обычного мировосприятия оно обозначает «нет», «ничто».

    В основе же обычного человеческого взгляда на действительность стоит причинно-следственное представление о мире, где у каждого явления обязательно есть причина. Событие без причины не может произойти, иначе это чудо. Получается, что каждое явление в природе зависит от причины, вызывающей его, поэтому любое такое явление не может быть самостоятельной причиной какого-либо факта, произошедшего в мире, а способно являться лишь его "проводником".

    Например, человек, столкнувший своего товарища в пропасть, обвиняется в убийстве. Если он докажет, что был третий, который толкнул его так, что он не мог сопротивляться, то с него снимается обвинение и предъявляется третьему и так далее. Ответственность несёт только обладающий свободой выбора, так как он мог совершать или не совершать действие. Именно у него мы можем спросить: «Почему ты это сделал?» Того, кто не обладал свободой выбора, а являлся только "проводником" совершенного действия, нельзя обвинить ни в чём. Не он был настоящей причиной произошедшего события.

    Представим, что не было внешнего фактора, вынудившего человека совершить действие, но преступник утверждает в суде: «Моя рука совершила преступление, судите её?» Суд не примет такое утверждение, поскольку рука не может совершать самостоятельных действий. Но что вынуждает руку производить движения? Мышцы. Их заставляет работать нерв, который в свою очередь получает сигнал из мозга. Но мозг также материальная действительность, и в нём протекают разнообразные реакции, которые не могут происходить без причины. Где же в глубине человеческой сущности находится та самая причина, которая и привела к преступлению? Это остаётся загадкой для исследователей человека. (Конечно, есть много гипотез по этому поводу, но все они больше похожи на фантастику, чем на реальность.)

    Вместе с тем суду, как правило, ясно, что человек должен нести ответственность за свои действия. То есть суд убежден, что настоящая причина произошедшего события - в сути человека, и он, обладая свободой выбора, может совершать или не совершать определенные действия. И эта причина - "реальная" действительность, поэтому суд выносит реальный приговор.

    Та же логика справедлива по отношению к природе вне человека, когда настоящая причина явлений скрывается где-то в глубине мироздания. Мы не можем её увидеть, но мы знаем, что она есть, поскольку видим результат.

    Почему мы не можем увидеть причину тоже понятно. Ощущения человека построены таким образом, что он никогда не сталкивается с причиной, а только со следствием или посредником.

    Эту мысль подтверждает простой пример. Как человек видит предмет? Можно было подумать, что его изображение запечатлевается на сетчатке и передаётся в мозг. Но это не так. Изображение не "входит" через глаза в мозг как в перископе. Лучи света, отражаемые предметом, воздействуют на нервы сетчатки глаза. Каждый нерв передаёт «разуму» информацию о луче, воспринятом им, и не может передать информацию о всём изображении. То есть человеческий "разум" получает не изображение, а скорее "таблицу" с информацией о лучах, попавших в глаз. А затем, решая какое изображение должно соответствовать данному воздействию, "строит" его изображение на некотором внутреннем аппарате воспроизведения, который назовём воображением. (Конечно, схема изложена в утрированной форме. Реальная ситуация намного сложнее, но сама идея остаётся та же при всех возможных объяснениях.)

    Получается, что человек сталкивается не с самим предметом, а только с воздействием лучей света, посланных им, на нервы глаза. Предмет - это причина, а воздействие лучей на нервы сетчатки - ее следствие. То есть человек не имеет дело с причиной, а только со следствием. При этом луч света - посредник между ним и предметом. В результате человек видит не сам предмет, а только изображение, построенное "разумом" в воображении на основе информации, полученной от глаза.

    Поэтому не удивительно, что человек не может увидеть саму причину явлений. У него просто не существует такого аппарата. Ощущения же работают только через посредника. Те же рассуждения можно привести для всех других ощущений.

    В действительности сам предмет скрыт от человека. Он знает о его существовании только по лучам, пришедшим от него. Более того, можно спросить: «Существует ли предмет на самом деле?» Изображение, видимое им, явно не является доказательством, поскольку те же лучи могли быть посланы другим фактором. Теоретически можно было бы в лаборатории раздражать нервы сетчатки, так же как это делают лучи, посылаемые предметом, и человек увидит предмет, которого на самом деле не существует, но у него не будет возможности проверить это. Даже прикосновение к предмету не решает проблему, ведь для осязания, как и для всех других ощущений справедливы те же рассуждения. Человек никогда не дотрагивается до самого предмета. Всегда остаётся небольшое расстояние между телом и предметом, но возникают силы отталкивания, которые воздействуют на нервы тела и так далее.

    Что человек знает точно? Только то, что есть тот, кто воздействует на его нервы. То есть обязательно существует некая действительность вне человека, воздействующая на его органы. Соответствует ли она изображению, которое он видит? У человека нет возможности проверить это посредством ощущений.

    Мир, который человек видит - это видимая действительность, мир следствий или явлений. Однако вне него существует невидимая действительность - мир причин, вызывающий к жизни мир, видимый человеком.

    Возникновение видимой действительности из невидимой, следствия из причины не возможно постичь разумом человека. Интересно, что не существует даже гипотезы, доказывающей его появление. Это и называется "еш ми айн" или "что-то из ничего". Как мы уже сказали, невидимая действительность называется здесь "ничто", потому что скрыта от человека. Он об этом разве что догадывается. Такое действие возможно только для Вс-вышнего и называется оно: "сотворить".

    Этот мир причин - духовный мир. Совокупность причин вызывающая функционирование природы называется духовной стороной мира. Совокупность причин вызывающая поведение человека называется духовной стороной человека или душой.

    Материальный мир называется "видимым" миром, поскольку это мир следствий, которые воспринимаются ощущениями. Духовный мир называется "невидимым" миром, поскольку это мир причин, которые не воспринимаются ощущениями. "Сотворить мир" означает создать материальную действительность из духовной.

    В принципе, понятие "сотворить" справедливо также для духовной действительности, но это уже относится к более глубокому знанию. Здесь мы приходим к другому объяснению понятия "что-то из ничего". В конце концов, что реальнее - мир причин или мир следствий? По всей видимости, мир причин. Если есть следствие, обязательно существует причина. Причина не обязательно приводит к видимому следствию. Поскольку мы видим материальный мир, обязательно существует мир духовный. С другой стороны, у нас нет никакой уверенности в том, что мир, который мы видим, на самом деле существует. Возможно, как мы сказали выше, какой-то фактор создаёт у нас эту видимость. Тогда почему материальный мир называется "что-то" ("еш")? Мир духовный явно действителен. Тогда почему он называется "ничто" ("аин")? Правильнее было назвать мир материальный "ничто" а мир духовный "что-то". Однако в сознании человека мир материальный воспринимается как настоящий, а духовный мир как нечто не очень реальное. Как это произошло? Это и означает сотворить мир. Создать у человека ощущение, чтобы мир, не действительный на самом деле, воспринимался им как реальная действительность. Поэтому еврейские мудрецы сказали о создании мира «еш миайн» ("что-то из ничего"). Творец сделал так, что мир, который «ничто», ощущается нами как «что-то».

    Поделитесь этой страницей со своими друзьями и близкими:

    ВКонтакте